Портрет хореографа: Матс Эк
18.06.2017
Бено Воорам. О контактной импровизации.
27.06.2017
 

Ролан Пети: «Главное — это любовь. И деньги»

Июнь 27, 2017 - 13:16

Ролан Пети — личность легендарная. И не только в мире балета. Работами Пети восхищались и в Голливуде, где он ставил танцы Фреду Астеру, и в крупнейших театрах мира. Он дружил с Рудольфом Нуриевым, водил знакомство с Марлен Дитрих и Гретой Гарбо, работал с Михаилом Барышниковым и Майей Плисецкой.


 

С нашей страной у хореографа отношения сложились не сразу: в 60-е тогдашний министр культуры Фурцева категорически запретила Пети привозить в Москву его балет по стихам Маяковского. Но Ролан Пети все-таки приехал в Москву. Сначала с балетом «Пиковая дама» с Николаем Цискаридзе и Илзе Лиепа в главных партиях. В минувшее воскресенье в Большом театре состоялась премьера его нового балета — «Собор Парижской Богоматери».

— Несколько лет назад вы говорили, что хотели поставить балет на русскую тему. И поставили «Пиковую даму» Пушкина. Почему, как только речь заходит о России, все сразу вспоминают исключительно литературу ХIХ века — Толстого, Достоевского, Пушкина? А ведь у нас был и ХХ век с не менее сильными писателями.

— Абсолютно то же самое происходит, когда русские, англичане, немцы — да кто угодно! — начинают говорить про Францию. В первую очередь вспоминают Виктора Гюго, Бальзака — всех, кто творил века назад. Но попробуйте мне назвать хотя бы одного из современных французских писателей! А ведь у нас и сегодня есть великие писатели. Мишель Турнье, к примеру. Прекрасный писатель. Или Маргарита Урсенар, которая умерла 20 лет назад. Кто в мире знает эту очень талантливую писательницу?


 

 

Кто же гений?
— ЕСТЬ ЛИ какая-то связь между деньгами и талантом? Можно ли считать гениальной вещь, которая имеет коммерческий успех?
— Я думаю, все зависит от удачи. Какие-то люди сумели создать действительно шедевры и при этом смогли заработать кучу денег. Пикассо, к примеру. А Ван Гогу, который был не менее талантлив, в конце своей жизни нечем было заплатить за электричество, и умер он в полной нищете. Единого правила нет.
— А в вашем случае?
— Признаюсь: я обожаю деньги! А кто не любит деньги? Все любят.


 

 

— Но ведь говорят: «Талант всегда должен быть голодным».
— Я в это совершенно не верю. Знаете, мне много лет. И денег у меня достаточно. Но все равно самым главным для меня остается не мой банковский счет, а те балеты, которые я буду ставить.
— Многие талантливые люди дорого заплатили за то, что взошли на вершину Олимпа. Тот же Нуриев — ранняя смерть, несчастливая личная жизнь. И так — многие и многие…
— Я думаю, что Нуриев был очень счастливым человеком. Он просто заболел и рано умер. Он был одержим танцем. Однажды я спросил его: «Тебе не кажется, что нужно работать немного меньше?» «Нет, — сказал он. — Здоровьем я займусь потом. А пока буду танцевать».
Однажды после спектакля я зашел к нему в гримерку. Нуриев снял трико, в котором танцевал на сцене, и я увидел, что у него все ноги сверху донизу залеплены пластырем. И когда массажист стал отдирать пластырь, вены по всей ноге тут же вздулись, как переполненные водой шланги. Я испугался: как Нуриев может проделывать ТАКОЕ с собственным организмом. А он лишь махнул рукой: «А, пустяки, все нормально!» Остановить его танец смогла лишь смерть. К сожалению, мы не можем точно сказать, что такое гений, где он скрывается в человеке. Та же Мэрилин Монро. Я работал на студии «Метро-Голдвин-Майер» с Фредом Астером в то же время, что и Мэрилин Монро. Она снималась в одном довольно средненьком фильме, названия уже и не вспомню: «7 лет богатства» — что-то наподобие этого. И все недоумевали, глядя на нее: что ж такого нашел в ней продюсер, почему вокруг нее раздули такой ажиотаж? Лично я общался с ней всего один раз. Она мне протянула руку для поцелуя, но я лишь пожал ей ладонь. Она была разочарована моими манерами: «А я думала, что французские мужчины всегда целуют женщинам руки». Потом несколько раз мы встречались в студийной столовой, и вне экрана она была такая простая, такая скромная, но при этом светящаяся, как солнышко. Она не была самой красивой в Голливуде — можно было найти женщин гораздо красивее, чем она.